Танго глазами дилетанта: первые шаги (продолжение)

В прошлый раз мы остановились на первом шаге партнера. В прямом смысле остановились – сделать этот шаг не удалось. Потому что для партнера в дотанговской жизни шаг – это про ногу. А в танго шаг — это не про ногу. То есть и про нее тоже, но в последнюю очередь. До ноги еще много чего будет. Например, корпус.

Но и корпус – это не самое начало. И вообще пойти в танго – не так важно. Можно вообще никуда не ходить. Это я совершенно серьезно. Это не то чтобы я понял, что никогда не шагну и вот поэтому решил остаться на месте с видом, что так и задумано. В танго можно весь танец простоять. И это будет танец. Только стоять надо правильно. Вы умеете правильно стоять? До танго мне казалось, что я умею…

Стоять надо не просто так, а обнявшись. С партнершей. Или партнером – такое тоже бывает. Не в смысле если вы один из тех, кто своим существованием пугает московскую мэрию и депутатов заксобрания СПб, а в смысле что изначально танго – мужской танец. Парный мужской танец. Мужчина и мужчина. Не подумайте чего – просто танцуют люди. Это приятно. Короче, с кем танцуешь, того и обнимаешь. Вы умеете правильно обниматься? До танго мне казалось, что я умею…

А если я скажу, что и объятие – это еще не конец начала? Что нам есть что делать и до объятия? Вы бросите читать, потеряв надежду, что мы когда-нибудь пойдем? Ладно, не буду говорить. Скажу потом, в другой раз.

А сейчас вернусь к мысли о том, что весь танец можно простоять. Обнимаясь. Под музыку. И не только потому, что так и не можешь пойти (см. выше), а потому, что это правда круто. Такую штуку показала нам Валя Устинова – мой первый друг, мой друг бесценный в танго. В группу к которой мы пришли заниматься – просто потому, что из всех нашаренных у инете школ у нее в школе открытый урок для начинающих должен был случиться вот-вот. А ждать не хотелось, потому что я Овен и все делаю быстро, только думаю медленно, после того как сделал. Да и чего ждать, если в танго-мире никого не знаешь.

Оказалось, что Валя – первый в Москве педагог по танго, в смысле когда-то давно она начала тут первая преподавать. И очень многое нынешнее московское идет от прародительницы-Вали. Но купила она лично меня (не скажу за свою пару) вовсе не этим, а тем, что была в красных туфлях и очень красивом платье красного же оттенка. Я несколько раз потом на занятиях ловил себя на том, что вот если бы открытый урок проводился вот в этом бы прикиде или вот в этом бы, то я бы, может, еще и подумал… А красные туфли и красное же с кирпичным и зигзагообразным платье сработало. Отсюда мысль моя ветвится в три стороны.

Сторона первая, детская. Вспоминаю я себя в возрасте лет пяти, на спектакле «Буратино». Меня в мое младенческое сердце укусила оса любви к лисе Алисе. Я не знаю, чего там делали другие персонажи, я смотрел только на нее, на ее очаровательные ноги в огненно-рыжих чулках и умопомрачительных туфлях на высоком каблуке и на роскошный рыжий хвост (любителям психо-интерпретаций мой привет). Это был, видимо, первый эротический припадок в моей жизни, совершенно невинный (нечего ухмыляться!) и очень значимый. Когда в конце спектакля меня выпихнули на сцену с букетом то ли для Буратино, то ли для Мальвины, я просто обезумел от отчаяния, потому что моя Алиса не вышла на поклон. Я не хотел этому верить и долго бродил туда и сюда по сцене вдоль ряда актеров в поисках рыжих ног (тогда я был маленького роста и взор мой был ближе к ногам взрослых). Побродил под дикий хохот зала, да так и вернулся с букетом на место к сгоревшим от стыда родителям, которых я, видимо, бесповоротно опозорил.

Сторона вторая, школьная. Мы знали наперечет все платья всех наших учительниц. Все украшения. Мы отмечали все нововведения и придумки. Мы печалились, если, например, учительница N надевала то, что ей не шло, а учительница M третий раз приходила в одном и том же. Это был сигнал о том, что нас они не воспринимали как воспринимающих. Не для нас они, получается, приходили – так мы думали. Зато если платье было нравящееся нам (я сейчас о себе и своих соседях по ближним партам, потому что именно с ними мы на уроках часто обсуждали эти платья – а чего еще-то делать?), если оно шло той, кто его выбрал и на себе принес, мы могли быть благосклонны. Урок задавался, тек как по маслу, материал усваивался, глаза горели… Учителя, конечно, думали, что это по причине их методического мастерства – ну да бог с ними, пусть их думают так. Мы-то знали, по какой причине все это происходило на самом деле. (Постскриптум: сейчас я сам учитель и торчу несколько раз в неделю по сорок пять минут перед одним и тем же классом. Годами. А они вынуждены на меня смотреть. Хоть иногда. Но в сумме набегает много. И я периодически посреди урока вспоминаю себя, школьника, смотрящего на учителя – и мучительно начинаю соображать, а вот не в этой ли же самой рубашке я вел и прошлый урок…)

Сторона третья, танговская. Из первых двух сторон ясно уже, что одежда важна. И обувь важна. И облик весь важен. И кто бы что ни говорил, а прийти в танго стоит хотя бы затем, чтобы наконец начать выглядеть по-другому. Если этого, конечно, хочется. И если этого, конечно, не можется. С танго – заможется все.

Про одежду еще разговор будет, сейчас вернусь к первому уроку у Вали. Нет, стоп, стоп, стоп. Еще – кроме платья – и туфель – были – красные – и стильные – сережки. Вот. Бижутерия и парфюм – про это тоже поговорим. Поговорим?

Короче, остались мы у Вали. Конечно, не только и не столько из-за платья, а из-за того, что она хорошо показывает, хорошо объясняет, хорошо танцует сама, не ругается и никого не бьет. Со временем мы познакомились и с другими преподавателями, посетили и другие уроки и семинары – и вообще-то это тоже тема, как же стоит учить . И как не стоит. Опять же, об этом могу написать особо и отдельно. Написать? А сейчас – я все пытаюсь выгрести к началу – и все какими-то волнами меня относит…

Итак, Валя показала нам танец стоя. Без шагов вовсе. И тем спасла мое взрывающееся сознание, которое устало осознавать, что такое танговский шаг. Оказалось, что в теле танцующего можно обнаружить при внимательном поиске несколько центров или отделов, которые могут совершать свои движения, посылать импульсы, контактировать с партнером – жить, короче говоря. Когда ты стоишь в объятии, то эти центры можно и нужно запускать в дело – и дело это настолько увлекательное, что еще куда-то при этом идти – совершенно лишнее. Лишнего вообще так много в этот момент, что рекомендуется закрыть глаза и не разбазаривать внимание. Только – слушать. Музыку и партнера. Музыку через партнера. И себя. Тоже через музыку. И вот в этот момент вслушивания и растворения все эти обнаруженные на уровне условно груди, условно живота, условно бедер центры начинают свою жизнь, свои микро для окружающих, но очень даже макро для партнера движения внутри пары… И это танец. И очень сильный танец. По крайней мере в исполнении Вали.

Для тех, кто не танцует: танго – танец объятия (пуритане, берите в руки помидоры). Желательно близкого. В таком объятии другой человек чувствуется тобой так, как не чувствуется в нашей обычной условно нормальной жизни. Мы редко подходим друг к другу близко. Мы редко касаемся друг друга. Мы нагрузили свои прикосновения и касания всякими такими смыслами, что не дай бог. И мы обкрадываем себя этим. Может быть, из желания восстановить некую справедливость танго так настойчиво-требовательно к объятию? Обнимайся. Целуйся. С каждым. Крепко. По-разному. Это ничего не значит, кроме того, что у тебя есть руки, есть тело, есть кожа и они требуют и своей доли контакта с миром и людьми. Они тоже хотят открыться. Повторяю (это вот все последнее не я говорю, а танго говорит, если что))), повторяю, это ничего не значит. Ничего страшного.

Как сказал на своем семинаре аргентинский гуру по имени Кармона: «Что ты боишься ее обнять? Вы ж не голые. От танго детей не бывает».

Не бывает. Но, как говорят старшие и более опытные товарищи, разное бывает от того, что бывает после танго. И как интересно иногда узнавать, что движение, которое ты только что так усердно отрабатывал на занятии с разными партнершами, на реальном танго-языке может означать приглашение «на сеновал»… Хотите, можем обсудить и эту тему? Но опять же не сейчас, при случае.

Сейчас же я сделаю паузу. До шага я так и не дошел. Дойду. Не сразу, но дойду. Надо еще будет все-таки сказать про объятие. И про то, что сделать с самим собой, чтоб в него встать. Встанем, пообнимаемся и первый шаг все-таки сделаем. Но в следующий раз. Или через один…

 

Статья взята из этого замечательного блога.

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s